Ключевые слова: теория трех функций, индоевропейцы, мифология, пантеон, древние боги, мировое единство.

Наверное, многим людям свойственно оглядываться на достижения прошлых веков. Одни подчёркивают новизну каких-либо открытий, другие, наоборот, опираются на опыт предшествующих поколений или ищут преемственность. Но человечество всегда интересовалось своими «корнями», начиная от истории своей семьи до поисков родства между целыми народами. На протяжении всей истории мировой культуры видно, как время от времени возникает этот интерес, хотя мотивы могут быть различны. Иногда люди черпают в этом вдохновение для каких-либо свершений или открытий, иногда стремятся очистить своё сознание от заблуждений прошлого. В любом случае память о прошлом, может быть, и не позволяет избежать многих ошибок, но помогает хотя бы осознать их. Для иллюстрации всего вышесказанного лучше всего сослаться на знаменитое «Увещевание к язычникам» Климента Александрийского [1, с. 57-64]. Конечно, это сочинение критическое. В нём показаны жестокость, грубость и заблуждения языческой религии по сравнению с христианством. Но вместе с тем оно даёт очень подробные знания о язычестве, позволяет понять, как мыслили люди в то время. Поэтому неудивительно, что интерес к языческим религиям время от времени возникает и у учёных, и у простых людей.

Одно из самых интересных и своеобразных трудов-исследований религий древних народов принадлежит Ж. Дюмезилю (1898-1986), – французскому учёному-мифологу. Он – создатель теории трёх функций, которую и изложил в своей книге «Верховные боги индоевропейцев». Его позиция – слишком смелая и не всегда правомерная – была не принята академическим обществом, однако это не заставило его отказаться от своих поисков. Он стал преподавателем в Стамбульском университете и занялся исследованием осетинского эпоса. Так что Ж. Дюмезиль интересен и как незаурядный исследователь, и как личность. Что касается скептического отношения к его работам со стороны учёных, в этом он разделил судьбу многих исследователей. Тем не менее, его исследования заслуживают внимания даже тех, кто не согласен с его основной позицией. Ведь кроме поисков доказательств своей теории он много внимания уделяет всякого рода конкретике, мифологическим сюжетам, что не может оставить читателя равнодушным. В ряду многочисленных работ по мифологии языческих народов его труд стоит выделить особо, благодаря необычному подходу к анализу мифологического материала и выводам, сделанным на его основе.

Как это хорошо известно, каждый индоевропейский народ имел свой пантеон богов. Многие исследователи посвятили годы жизни их изучению. Но большинство учёных рассматривали мифологию только какого-либо одного народа. Редко, когда подобные работы предварялись краткой характеристикой общей мифологической схемы индоевропейцев, перечислением общих черт их мифологий. А вот сравнение языческих религий с христианским мировоззрением встречается довольно часто. В большинстве случаев это касается северных европейских стран, таких как Норвегия и Исландия, которые приняли христианство позже стран центральной Европы, а значит, и сведения об их верованиях оказались полнее. Правда, изучалась мифология каждой конкретной страны обособленно, без всякой взаимосвязи с другими регионами.

Жорж Дюмезиль (1898-1986), французский лингвист, мифолог и филолог-компаративист, автор Теории трёх функций.

Книга Ж. Дюмезиля «Верховные боги индоевропейцев» удивляет необычностью своего подхода к изучению мифологии индоевропейских народов и их мифологии, а именно тем, что автор не ограничился в своих исследованиях одним регионом. Как пишет сам Дюмезиль, он пытался выявить «общий корень» ныне столь удалённых друг от друга народов стран, как Индия и Иран, Скандинавия и Рим. В наше время народы, населяющие эти страны, столь различны, что, казалось бы, искать у них общие черты бессмысленно. Кстати говоря, Ж. Дюмезиль не первый учёный, пытающийся уловить след, который в сознании народов оставило общее прошлое. Многие историки касались этого вопроса, Дюмезиль же делает это через мифологию и лингвистический анализ имён языческих божеств. Другие исследователи использовали иные средства. Один из них – Э. Мулдашев, врач-офтальмолог, родоначальник регенеративной хирургии. Им были организованны пять экспедиций в Гималаи, на Тибет и в Египет, в ходе которых он кроме исследований, связанных с хирургией глаз, «вывел» «среднестатистические глаза» и рассчитал пути миграции человечества [2, с. 3]. Занимаясь изучением особенностей строения глаз, он пришёл к мысли об общем корне индоевропейских народов. А часто бывая в таких странах, как Иран и Тибет, смог свою теорию проверить и обосновать. Однако в историческом смысле подобные труды, как правило, являются околонаучными и полагаться на них в целом, не принято. Вот и работы Дюмезиля воспринимаются среди его коллег с большими оговорками. По мнению авторитетных учёных, его выкладки не могут считаться достоверными, так как он делал слишком смелые выводы без должных оснований. Тем не менее, метод, с помощью которого он обосновывает свои идеи, чрезвычайно любопытен.

Итак, во главу угла Дюмезиль поставил мифологию. Примечательно, что стандартную мифологическую схему он сопоставил с мифологией хеттов как индоевропейского народа. Причём, сведения о хеттах, как известно, весьма скудные. Лишь в середине XIX века при раскопках Ринклером в Богазкёе было установлено, что хетты относились к индоевропейским народностям [3, с. 67]. Однако даже к моменту написания Дюмезилем своей работы в 1977 году это ещё не считалось неоспоримым фактом. Свои выводы о принадлежности хеттов к индоевропейцам Дюмезиль сделал только на основе анализа мифологических текстов. Это может служить доказательством того, что если идеи Дюмезиля неоднозначны и не всегда верны, то, по крайней мере, не поверхностны. Ещё интересен момент, что те учёные, которые занимаются изучением мифологии хеттов, больше обращают внимание на эсхатологические мотивы  [4, с. 249-287], или на сходство её с семитскими [3, с. 68-95] или даже славянскими текстами [5, с. 173-190]. И только Дюмезиль включил их в один ряд с прочими народами индоевропейской семьи. Так, он стал одним из первых, кто заговорил о хеттской мифологии в её связи с западной мифологией в целом.

Учёный начал свою работу со сравнения мифологий Ирана, Индии и Богазкёи как родственных. Эта часть исследования наиболее сложна и интересна, хотя и требует от читателя довольно глубоких знаний. Ведь первое, что приходит в голову при упоминании о религии Ирана – это Заратуштра, а Дюмезиль обращается к дозароастрийской религии.

Пантеоны богов Ирана и Индии очень схожи. Дюмезиль упоминает об одном обстоятельстве, которое, и правда, наводит на мысль о родстве этих народов. Возьмём такие понятия, как «асуры» и «дэвы». И те и другие есть в обеих странах. Только в Индии «асуры» – это демоны, «дэвы» – боги, в Иране же всё наоборот. Приложения к книге Дюмезиля посвящены этимологии понятия «арии». И это не случайно, так как именно с их приходом в Индию учёный связывает сходство в мышлении иранцев и индийцев. При этом Дюмезиль подчёркивает близость иранских богов именно к богам арийских завоевателей Индии, а не коренного населения. Точно так же и мифологию Ирана он рассматривает без позднейших тюркских наслоений. Сходство между двумя мифологиями он обнаружил, опираясь на лингвистический анализ имён главных богов и на их функции в пантеоне. По мнению Дюмезиля, все главные боги индоевропейцев делятся на три группы покровителей трёх сословий: царей, воинов, земледельцев. Наиболее ярко он это разделение продемонстрировал на примере Индии. Как раз завоеватели принесли с собой касты, которым соответствуют три группы богов. Выявил же он подобное тождество каст и «функций» богов из наиболее древнего источника – «Упанишад» [6, с. 20-29]. Такое же тождество богов и родов людей обнаружено Дюмезилем и в Иране. Боги и здесь образуют в соответствии со своими функциями три ступени. В Младшей Авесте ступени эти представлены соответственно Ахура Маздой-Митрой (покровителем царей) [6, с. 30, 87], Индрой (покровителем воинов) и Насатьей (покровителем земледельцев). Как и в случае с девами и асурами, даже в звучании есть значительное сходство между иранцами и ариями-индийцами. Но Дюмезиль не ограничился только Младшей Авестой. Также он обращается к учению Заратуштры [6, с. 90-107], которое возникло в результате религиозной революции, как искусственный продукт. В итоге, множество богов было заменено одним богом и сущностями (персонифицированными воплощениями бога).

Однако, как показывает Дюмезиль, и в именах сущностей можно угадать уже известных нам богов – в Хаурватат – Амеретат – Насатьев. На сходство указывают их действия – защита от болезней, связь с богиней-целительницей… В Хшатре Дюмезиль увидел аналог Индры (по звучанию Хшатра – кшатрии – воины) и т.д. Таким образом, принцип разделения на три ступени остался. Ранее никто не высказывал подобной точки зрения. Конечно, читая мифологию любого народа, нельзя не заметить чёткое деление верховных богов. Но это скорее деление по сферам: небо, океан, подземный мир. Такая схема ясно видна, например, в греческой мифологии с её Зевсом, Посейдоном, Аидом. Поэтому идеи Дюмезиля позволяют по-новому взглянуть на мифологию индоевропейских народов. Кроме того, его книга позволяет осознать недостаточность привычных знаний о мифологии и вызывает желание их восполнить.

Индийский бог Индра

Более всего поражает у Дюмезиля невероятно стройная, почти юридическая четкость системы мифологии. Оттого, правда, его теория выглядит слишком искусственной. Так Дюмезиль предполагает, что у каждого бога есть строго определённый круг действий, своя сфера деятельности. Однако каждая ступень не просто соответствовала одному богу. Она могла быть представлена двумя богами, или даже целой группой богов. Например, царям-жрецам в Индии соответствует Варуна-Митра, а в Иране Арьеман-Бхага. Военное сословие в индуистской мифологии представлены Индрой с дружиной – марутами, а третья ступень близнецами Насатьями и божествами плодородия. Подобное разделение ступеней есть и у других народов, но со своими отличиями. Более своеобразно выглядит система Дюмезиля применительно к римлянам. Мы привыкли сравнивать римскую и греческую мифологии, здесь же акцент делается опять на сходстве с индо-иранской мифологией. Первая ступень богов представлена Юпитером и вспомогательным божеством Дий Фидием (Фидес). Вспомогательных божеств Дюмезиль рассматривает как олицетворение функций космического характера и одновременно функций, непосредственно связанных с человеком. Например, небесный огонь и огонь домашнего очага связаны с одним и тем же богом. Две фигуры первой ступени всегда рассматриваются через действие по отношению к человеку – благо или зло. Кроме того, нередко боги совмещают в себе противоположные черты, как скандинавский Один, который сочетает в себе благородство и вероломство одновременно. Так, через смешение или чередование противоположностей возникает мировое единство.

Отметим и то, что, в отличие от других народов, у римлян трёхфункциональное деление из мифологии переходит в исторический пласт. По Дюмезилю, царскую власть представляли Ромул и Нум. Как и Юпитер-Дий, они воплощают разные стороны первой ступени: Ромул – космическую власть (энергия приходит в мир людей извне), Нум – действия, идущие от людей к богам. Так, через богов, сущности и людей Дюмезиль показывает мир в многообразии действий, которые приводят при соединении (пары богов) к единству. Два свойства одной функции существовали одновременно (в случае с богами) или посменно, если дело касается истории.

Меньше внимания Дюмезиль уделил второй и третьей функциям у римлян. Вторую функцию (боги-покровители воинов), конечно, представляет Марс. Но с третьей (покровители земледельцев) возникает необычный поворот. Для Дюмезиля за ней стоят не просто божества плодородия, но также и Квирин, которому обычно исследователи не уделяют много внимания. Квирин – один из древнейших италийских и римских богов, был первоначально божеством сабинян. Он был привнесён в Рим сабинскими переселенцами, заселившими Квиринальский холм. Квирин вошёл в пантеон римских богов, вернее, в триаду римских богов, следуя сразу за Юпитером и Марсом. А в более позднее время даже ассоциировался с Ромулом. Несмотря на это, исследователи обходили Квирина вниманием. А Дюмезиль подробно рассмотрел фигуру Квирина именно в связи с третьей функцией этого божества, согласно теории самого Дюмезиля.

Поскольку Дюмезиль с необычной стороны рассматривает римскую мифологию, то для того, чтобы понять его идеи, читателю необходим необычайно широкий кругозор, тем более, что сам Дюмезиль обладает, несомненно, глубокими познаниями в области мифологии и истории. К сожалению, несмотря на заявленное в предисловии желание столь же подробно ознакомить читателя с кельтской мифологией, Дюмезиль её в своей книге опустил. И, скорее всего, это не случайно. В отличие от других языческих религий, кельтская навсегда осталась глубоко архаичной. Она отражает жизнь по законам родоплеменного общества, и потому представить её в виде трёхфункциональной системы вряд ли возможно. В то время деления общества на социальные слои у кельтов не произошло. Конечно, впоследствии слои эти всё-таки возникли, но отражены они у кельтов уже в качестве не мифологии, а скорее эпоса. В кельтском эпосе древние боги превратились в полусказочных королей [7, с. 395]. Это всем знакомые легенды о короле Артуре и рыцарях Круглого стола. Но надо отдавать себе отчёт в том, что под масками рыцарей и других персонажей действуют старые боги. Это явление можно объяснить интерпретацией норманнами кельтских мифов, когда мифологический Пвилл выступает в качестве короля Пеллеса из артуровских легенд, в обольстительнице Мерлина мы можем узнать Рианнон, а в сэре Галааде проступают черты Ллеу Ллоу Гиффеса. Правда, иногда такое замещение было не столь однозначным. Например, кельтский Бран принял образ короля Брандегора, противостоящего королю Артуру, и одновременно является сэром Бранделом – одним из рыцарей Круглого стола [7, с. 397-398].

Помимо сохранения у кельтов родоплеменного общества была и ещё причина, которая не позволяла Дюмезилю разделить кельтскую мифологию по принципу трёх функций. Это крайняя неустойчивость и хаотичность мифологических представлений кельтов. Стоит вспомнить описание тех же Фоморов, демоническое племя, сражавшееся за господство над Ирландией с богами Туатха Де Данаан. По дошедшим до нас легендам Фоморы сочетали в себе черты и людей, и животных: некоторые имели по одной ноге и одному глазу, или человеческие тела и лошадиные головы, а иные были похожи на скользких рыб, в которых лишь угадывались человеческие черты [8, с. 223]. Если же вспомнить о друидах, то тут и вовсе не приходится говорить о чём-либо чётком и однозначном. Скорее на ум приходят воспоминания об утренней дымке, сквозь которую всё проступает в несколько нереальном виде. Эта расплывчатость и нечёткость составляет очарование кельтских мифов, но не позволяет подвергнуть их мифологию классификации, как поступил Ж. Дюмезиль с мифологиями других индоевропейских народов.

Шакти и Шива в едином образе Ардханари — полуженщины, полумужчины. V в. н.э. Слоновьи пещеры Мумбаи (Индия).

Скандинавская мифология в изложении Дюмезиля по сути не отличается от обще-индоевропейской. Далее учёный с лёгкостью выделяет в ней три функции, согласно своей теории. Такое же впечатление почти юридически закреплённого деления пантеона на три части возникает и при изучении греческой мифологии. Многие читатели впервые знакомятся с греческими мифами в изложении Куна [9, с. 18, 21], с их чётко выстроенной системой сфер деятельности и отношений между богами. Однако другие редакции тех же мифов, свидетельствуют, что вся эта «стройная система» напоминает дремучий лес. В нём обитают взаимозаменяемые и дополняющие друг друга боги, часто заимствованные у других народов, а затем адаптированные греками. Например, Артемида, пришедшая из Малой Азии, превращается из враждебной человеку сущности в покровительницу и защитницу. Но это уже мёртвая религия, в отличие, к примеру, от индуизма. Впрочем, тяжело судить, как люди верят в далёкой от нас Индии. По Дюмезилю получается, что при столь омертвелой систематизации, у людей должна сохраняться настоящая вера. А это как раз вызывает сомнение. Юридическая точность в построении пантеона веру должна была бы убить. Но мне представляется, что для индийцев системность и нехарактерна. 80% жителей Индии сохраняют свою древнюю веру – индуизм. Кстати, их представления о мире и богах нашли отражение в ведических художественных фильмах. А поскольку фильмы сняты индийцами и в самой Индии, а не в другой стране, то логично предположить, что они достоверно отражают отношение индийцев к своей вере. Одно из самых популярных и могущественных божеств у них – это Шакти-Дурга [10, с. 146-151]. В любом справочнике можно прочесть об ограниченном круге действий Шакти, а также других богинь – Деви и Кали (почти противоположные силы, проявляющиеся в мире). Но для индийцев Шакти – это всеобщая богиня-мать. На примере наиболее типичного ведического фильма «Аммору» можно увидеть, как эта богиня из нежной Парвати превращается в грозную Кали, чтобы наказать провинившихся и восстановить справедливость. Люди так и обращаются к ней: «Мать Кали». Как строгая и справедливая мать, она долго ждёт, пока люди сами раскаются. На таких примерах понятно, что образы, вместившиеся в Шакти, перемешаны и не отделимы один от другого. И это естественно, так как вымученная системность душит живое проявление религиозности.

Ещё один показательный пример того, что нельзя подогнать пантеон под одну определённую схему. Как известно, буддизм пришел в Китай из Индии и смог там прижиться. В Китае Гуанинь – та, кто слышит крик смертных, или богиня Милосердия, но она же – одна из многочисленных «просветлённых» в индийском буддизме. Самым главным в нём считается Шакьямуни, в Китае же его превосходит по популярности та же богиня Милосердия [11, с. 241-244]. Именно к ней люди идут со своими бедами и надеждами. Кстати говоря, её образ спонтанно претерпел существенные изменения. До династии Тан её представляли в образе мужчины. Для подобных трансформаций не было существенных причин, просто так сложилось с течением времени.

Сомнения в справедливости мифологической системы Ж. Дюмезиля не могут не возникнуть, ведь его видение снимает полноту божественности богов. В действительности нельзя сказать, что каждое божество просто выражает свою особую функцию. Самое большее, о чём имеет смысл говорить, – это о перечне поводов, по которым к тому или иному божеству обращаются чаще всего. Не более. Стоит вспомнить греческие гимны богам. Каждый гимн прославляет конкретного бога во всей полноте божественности, то есть наделяет теми чертами, которые при строгой систематизации не должны быть ему свойственны. Например, воспевая Аполлона, о нём говорят как о дающем жизнь, целителе, сокрушителе вражеских полчищ и т.д., а не только как о покровителе муз и олицетворении солнца [12, с. 8]. Получается, в момент обращения к нему он представляет собой всю божественность в целом, и ни о каком делении на функции речи идти не может.

Вот почему труд Ж. Дюмезиля оставляет огромное количество вопросов. И вдумчивый читатель вряд ли сможет так просто согласиться с его теорией. Бесспорно, однако, что его книга не может не заинтересовать. Она позволяет взглянуть на привычные и давно знакомые вещи с новой, необычной стороны. Позволяет охватить мир в целом, не замыкаясь на одной из многочисленных мифологий. Дюмезиль – весьма неоднозначный автор, и не все его идеи достаточно обоснованы, и всё же его книга не просто имеет право на существование, она должна быть прочитана теми, кто стремится понять мифологию в самом её существе.

Журнал «Начало» №33, 2016 г.

Литература:

1. Климент Александрийский. Увещевание к язычникам. М., 2010.
2. Мулдашев Э. От кого мы произошли? СПб.-М., 2006.
3. Хук С. Мифология Ближнего Востока. М.: Центрполиграф, 2009.
4. Наговицын А. Магия хеттов. М., 2004.
5. Лаврова С. Славянская мифология. М.: Белый город, 2011.
6. Дюмезиль Ж. Верховные боги индоевропейцев. М.: Наука, 1986.
7. Кельтская мифология энциклопедия / Пер. с англ. Голова С., Голов А. М., 2005.
8. Грегори И.А. Завоевание Ирландии племенами богини Дану // Ирландские сказания / Пер. с англ. Володарская Л. Екатеринбург: У-Фактория, 2006.
9. Кун Н. Легенды и мифы Древней Греции. Алма-Ата: Жалын, 1985.
10. Индийская мифология энциклопедия / Под ред. К. Королева. М.: Эксмо, 2006.
11. Китайская мифология энциклопедия / Под ред. К. Королева. М.: Эксмо, 2007.
12. Эллинские поэты / Пер. Вересаева В. М.: Художественная литература, 1963.

D.E. Rubtsova

Once again about Indo-European Mythology

The article is devoted work of the French scientist of mythology G. Dyumezil (1898-1986 years) «The supreme gods of the Indo-Europeans.» In the Spotlight is a common idea by G. Dyumezil about one root of all Indo-European peoples and, as a consequence, similar structure of the mythological scheme: three functional division pantheons of gods. The aim of this article was to ascertain: far as this statement is justified? In the course of the research a conclusion appeared that his theory is not indisputable, but it forces to look more carefully at the mythology of different peoples and to understand its essence.

Keywords: the theory of the three functions, Indo-Europeans, mythology, pantheon, the ancient gods, world unity.

Для того чтобы ответить на поставленный вопрос, необходимо прежде всего обратить внимание на повторяемость чисел «2» и «4» в правилах чатуранги. Обращаясь к мифологии индуизма, где они получают своё объяснение, мы сможем воссоздать первоначальную интерпретацию как игры вообще, так и самой чатуранги — одной из возможных игр.

Математические закономерности чатуранги

Согласно известной легенде, брахман Шиса изобрёл шахматы для развлечения царя Белкиба, правившего в Индии 3000 лет до н.э. Он у него попросил в награду 2⁶⁴ – 1 пшеничных зерен таким образом, чтобы каждой последующей клетке шахматной доски соответствовало число зерен, возведенное в квадрат, по сравнению с их числом в предыдущей клетке.^[3] Однако из-за огромного числа просимых зерен царь не смог выполнить свое обещание.^[4] Констатируем и то, что 64 клетки шахматной доски равны (2×4) во 2-ой степени, т.е. это — число «8» в квадрате.

Таким образом, мы видим, что числа «2» и «4» органически связаны как с чатурангой, так и с современными шахматами, они составляют саму их сущность. Действительно, всем известно, что шахматная доска представляет собой квадрат, т.е. прямоугольник с 4 углами и 4 сторонами. Само слово «чатуранга» в переводе с санскрита означает «войско из 4 частей»^[5], иначе говоря, 4 «армии» (а не 2, как в современных шахматах), 2 из которых были противопоставлены 2 другим. «Армии» приводились в действие четырьмя игроками, которые играли по принципу «двое против двух» (2×2).^[6] В то же время, в отличие от современных шахмат, число ходов, которые мог сделать игрок той или иной фигурой, определялось в соответствии с результатом бросания игральных костей.^[7]

Далее, каждая «часть» или «армия» состояла из 4 пешек («патади» на санскрите) и 4 фигур^[8], исключая короля («раджа» на санскрите), который, возможно, воспринимался игроком как продолжение самого себя на доске. Вероятно, по этой причине, число «4» не охватывало короля, который, может быть, не считался абсолютно такой же фигурой как и другие 4 фигуры: «мантри», т.е советник или визирь — предок современного ферзя, «гаджа» — аналог слона, «ашва» — конь, и «ратха» — колесница, т.е. ладья.^[9] Таким образом, очевидно, что сама игра представляет собой математическую структуру, основанную на вездесущих, общих числах-принципах «2» и «4», которые воплощаются каждый раз в новой конкретной форме.

Мифологическая интерпретация числа «4» в индуизме

Сравним вышеуказанные математические закономерности с символическим значением, которое вкладывалось в число «4» в индуизме. Можно увидеть, что оно очень часто повторяется.^[10] Например, в этой религии существуют 4 части священной книги Веда (Риг-веда, Яджур-веда, Сама-веда и Атхарва-веда), 4 класса писания (шрути, смрити, пурана и тантра), 4 части света, 4 космических цикла, 4 позиции человеческого тела, 4 лица бога Брахмы и по 4 руки богов Шивы и Вишны. Добавим, что Шива при помощи 4 рук исполняет Танец Вселенной.

Далее, поскольку организация древнеиндийского общества соответствовала принципам индуизма, в свою очередь тесно связанным с мифом, то она должна была воспроизводить космическую структуру организации вселенной, основанную на постоянстве чисел «2» и «4». Например, можно обратиться к 4 основным кастам, созданным, согласно мифу, из 4 частей тела бога Брахмы^[11]: «Варны — это 4 основные касты: брахманы (жрецы), кшатрии (воины), вайшии (торговцы) и шудры (слуги)».^[12]

В связи с этим, констатация математических реалий приводит нас к предположению о том, что они не случайны, так как систематически встречаются, когда мы обращаемся к игре чатуранге, социальной организации Древней Индии и даже к характеристикам различных божеств. Поэтому, учитывая одновременное присутствие этих чисел на разных уровнях культуры, мы вправе поставить следующий вопрос: а существует ли какое-нибудь общее первоначальное мифологическое значение, которое могло бы его объяснить? Очевидно, чтобы найти это общее значение, необходимо обратиться к источникам, то есть к мифологии индуизма, и выяснить, как она интерпретировала символику чисел, как и в какой степени они связаны с мировоззрением древнеиндийского общества в 5–7 вв. «Энциклопедия мифов народов мира» указывает, что число «2» присутствует в мифологии многих культур (включая индуизм). Оно выступает как символ противопоставления, разделения и борьбы между элементами. К примеру, мы знаем, что в древнеиндийской мифологии число «2» было символом полярности, разделения единства на мужское и женское начало и, соответственно, сексуальности.^[13] С другой стороны, оно парадоксальным образом имело и противоположное значение, выступая также как символ связи, однородности, соответствия элементов^[14] и даже, в ещё более глубоком смысле, тождества между ними. На этом мифологическом мировосприятии основана символика божественной двойной власти Шивы, которую можно объяснить его способностью владычествовать над внутренней сущностью мира, а также создавать и разрушать его по своему желанию.

Что же касается числа «4», оно имеет такое же сакральное значение, как и число «2», поскольку уже содержит его в себе. Согласно «Энциклопедии», число «4» означало нечто совершенно стабильное и неподвижное^[15], то есть (космический) мир, вселенную, окружённую силами хаоса, стремящимися его разрушить. Поэтому вполне естественно, что во вселенной 4 стороны света, а её танец исполняется Вишной 4 руками. Наконец, именно по этой причине у бога Брахмы (как, впрочем, и у человека, его подобия на уровне профанного) 4 части тела, из которых произошли 4 главные касты для того, чтобы помогать ему в его защите космического мира против хаоса. С другой стороны, «Большой словарь символов и мифов» уточняет также^[16], что у 4 сторон света есть космическое значение во многих культурах: в Персии, в Египте, у американских индейцев, в христианстве и иудаизме. В то же время, в Древней Индии существовало символическое соответствие между различными частями света, варнами, горами и священными животными, сделанными из металлов и окрашенных в разные цвета.^[17]

Обращаясь к символике квадрата, присутствующего в чатуранге, можно отметить, что он был «космическим символом», эмблемой мира и порядка.^[18] Эта эмблема двух указанных космических состояний представлена, помимо Индии, и в Древнем Китае, где «основа космоса — это квадрат: Земля сама по себе — квадратная и делится на квадраты». Логично, что в этой мифологической системе координат мандала, — религиозный символ буддизма, попавший в эту религию из индуизма, — тоже приобретает космическое значение. В Индии, как и в Китае, она изображается как круг, «в котором изображены квадраты, — символ космической Земли, — откуда открываются 4 двери в 4 стороны света».^[19] Между тем, интересно отметить, что для христиан квадрат — это тоже символ космоса, стабильности и неподвижности, в силу чего, эта геометрическая фигура «является основой для строительства церквей, символизирующих внутреннее спокойствие, которого необходимо достичь».^[20]

В итоге, мы видим, что число «4» (которое зиждется на числе «2») повсеместно символизирует в мифологическом восприятии мира космический порядок и гармонию. Повторяемость этих двух чисел, как на уровне вселенной, так и на уровне шахматной доски, наводит на мысль о культурном соответствии между ними, которое разъяснялось брахманами при помощи мифов.

Символическая роль чатуранги
в космоцентрической символике индуизма

Теперь, когда мы восстановили первоначальное мифологическое значение вышеописанных чисел, попробуем понять, как в этой ситуации воспринималась игра сама по себе, как культурный феномен. Сейчас мы уже не живём в космоцентрической системе ценностей. В результате секуляризации христианского общества наступила эра антропоцентризма, основанная на восприятии большинством членов общества Человека, его личной Свободы и Прав как высшей ценности. Для нас шахматы — это, в первую очередь, развлечение и спорт. В них игрок утверждает свое человеческое и срединное начало лицом к лицу с другим игроком. Напротив, все божественное и сакральное оттесняется на периферию современной культуры. Другими словами, с точки зрения современного человека, мир не погибнет, если, к примеру, не играть в шахматы, поскольку, в отличие от Древней Индии, борьба космоса и хаоса, в том виде, в котором она была описана в индуизме, потеряла для нас свое универсальное и определяющее значение.

Тем не менее, для тех, чье мировоззрение основано на космоцентрической, мифологической концепции мира, ситуация выглядит радикальным образом иной. Уже указанный «Большой словарь символов и мифов» даёт нам достаточно любопытную информацию о символике игры. Мы знаем, например, что игры и игра первоначально были социальным ритуалом и одновременно носили сакральный характер. «Они стремились обеспечить победу добра над злом, богов над демонами».^[21] Эта победа была результатом борьбы космоса с хаосом. Воссоздавая борьбу между ними на уровне игры, игроки как бы повторяли космогонию^[22], т.е. первоначальный процесс создания космического, упорядоченного мира богами из хаоса, который окружает построенную с таким трудом вселенную и стремится её разрушить любой ценой.

По этой причине люди, тоже космические существа, даже если они не столь сакральны, как боги, должны защищать свой космический мир и периодически повторять космогонию. Поскольку разница между людьми и богами как раз и состоит в том, что, будучи космическими существами, они не являются в равной степени сакральными существами, люди не могут воспроизвести божественную, исходную космогонию «на равных», то есть во всей ее полноте. Эта божественная задача им не по силам. Единственное, что им остаётся — это повторять космогонию в миниатюре, на уровне профанного. Необходимо, однако, учесть при этом, что космогония все равно питается сакральной энергией, в архаичной культуре она несет в себе момент тождества с первоначальной космогонией, когда действуют боги. Таким образом, когда люди участвуют в игре, они воспроизводят космогонию так сказать в человеческом, а не божественном масштабе, они стремятся защититься на своем уровне от хаоса, а сама игра-ритуал «имеет цель способствовать целостности вселенной. Команды игроков держат на своих плечах тяжесть всего мира, а от их удачи в игре зависит судьба целого народа, а то и всего человечества».^[23]

На основе вышесказанного мы видим, что в космоцентрическом обществе игра возникла, скорее всего, из ритуала как религиозного института, направленного на сакрализацию и вытекающую из неё космизацию профанного мира, на соединение людей с богами. Предположительно, после этого она постепенно несколько десакрализировалась и превратилась в досуг, как это произошло с древнегреческой философией. Но тогда можно поинтересоваться: а существовала ли в этой ситуации игра-досуг как деятельность, направленная исключительно на получение удовольствия, подобно современным играм (шахматы, преферанс и т.д.)? Ведь само удовольствие от выигрыша существовало так же, как оно существует и сейчас. Когда, к примеру, кшатрий выигрывал в чатурангу, уничтожая все фигуры партнёров, что и было целью игры, он испытывал удовольствие, на психологическом уровне. Но это удовольствие получало совершенно другую социо-культурную интерпретацию. В антропоцентрическом обществе, удовлетворение и удовольствие, испытываемые игроком, поставившим другому мат, объясняются как результат долгой работы по изучению комбинаций, тактики и стратегии шахмат. То есть, в конечном счёте, игрок обязан победой самому себе. В космоцентрическом же обществе, он будет обязан этим богам. Собственно говоря, игра, даже если это уже не ритуал, — это подобие внутрибожественного бытия. Даже когда игра превращается в досуг — это всё равно состояние бытийственной полноты, присущее в первую очередь богам. Тогда получается, выигравший кшатрий выиграл не столько потому, что он изучал технику игры в чатурангу (даже если он действительно ее изучал), а потому, что он в результате этого изучения впитал в себя сакральное и космическое состояние ввиду своей близости к богам. Его человеческое, профанное начало было побеждено его божественным, сакральным началом, что и привело к победе на доске и одновременно к обновлению космической вселенной благодаря сакральным связям между богами и людьми, т.е. к восстановлению мировой гармонии.

Из этих соображений следует, что в космоцентрическом обществе Древней Индии чатурангу можно рассматривать, с одной стороны, как ритуал, а с другой — как досуг. Что касается ритуала, в котором она была в высшей степени сакрализирована, то есть точка зрения, что чатуранга развилась из астрологии. Например, известный испанский историк шахмат доктор Рикардо Кальво утверждает на основе той же вышеописанной параллели математических и мифологических совпадений в шахматах, что чатуранга могла рассматриваться «как средство ранних математических и геометрических вычислений, а также как средство для целей астрологии и гадания».^[24] Поэтому, как и швейцарский антрополог и философ Титус Буркхардт, мы считаем, что наиболее вероятными «игроками» на этой стадии развития были брахманы^[25], но не кшатрии, потому что последние, насколько известно, не обладали жреческими полномочиями для осуществления ритуального процесса предсказания будущего. Этот же автор указывает^[26], что связь самой чатуранги с гаданием выражается в том, что в игре был момент соотнесенности с судьбой, силой, стоящей над людьми, так как использовались игральные кости для передвижения фигур по определенным правилам. Каждая фигура соответствует определенному небесному телу и одной из четырех стихий^[27] (огонь, земля, вода и воздух). Со ссылкой на трактат 1283 года кастильского короля Альфонсо Мудрого, который назывался «Книга о шахматах», автор упоминает, что движение фигур в чатуранге происходило по кругу аналогично смене четырёх времен года (весна, лето, осень, зима). Более того, сами фигуры их и символизировали, будучи окрашенными в четыре цвета: зеленый, красный, черный и белый. И наконец, по Буркхардту, дуализм чатуранги и вечная борьба одного начала против другого объясняются как борьба богов-дэвов с демонами-асурами. Поэтому в результате передвижения фигур с учетом всех этих мифологических соответствий брахманы вычисляли, достигнуто ли во вселенной необходимое для её космизации расчленение одного из этихасуров дэвами, чтобы на основе этого понять будущее.^[28] Добавим при этом, что мотив расчленения одного из демонов богами с целью космогонии встречается также и в скандинавских мифах, где хаотического Имира-великана убили и расчленили боги во главе с Одином.^[29]

Но вернемся к чатуранге как исходно ритуализированной игре, которая превратилась в досуг и уже несколько десакрализована. В нее играют как минимум кшатрии, а может быть, и брахманы тоже. Причастность этих двух групп к игре в чатурангу-досуг можно предположительно объяснить тем, что они были единственными варнами, которые имели возможность изучать священные тексты Веды.^[30] Далее, в пользу некоторой десакрализации чатуранги-досуга говорит, в частности, то обстоятельство, что кшатрии были менее сакральной варной, чем брахманы, потому что они созданы из рук Брахмы, тогда как брахманы созданы из его рта. Ниже кшатриев стоят вайшии, созданные из бёдер, а ещё ниже — шудры, созданные из его ног.^[31] С другой стороны, связь чатуранги-досуга в первую очередь именно с кшатриями можно объяснить тем, что она воспринималась как необходимый компонент их космического бытия и позволяла существование их профанного начала в определённых пределах, т.е. до того, как оно будет подчинено их сакральному началу в результате победы над другим игроком. В отличие от кшатриев, играющих в чатурангу-досуг, у брахманов в процессе игры в чатурангу-ритуал вообще не присутствует профанное начало, потому что они полностью наполняются сакральной энергией. Что же касается кшатриев, то они были профессиональными воинами, обладавшими при этом политической властью. С точки зрения индуизма, в процессе «эманации положительной энергии происходит также и эманация отрицательной энергии»^[32], т. е. хаотического начала. Поэтому, по совету бога Вишну, Брахма и создал помимо трёх других варн еще и кшатриев, которые должны защищать весь человеческий род, т.е. остальные три варны от демонов.^[33] Согласно Ведам, эта защита должна осуществляться в определённом смысле через нападение, и поэтому кшатрии должны проявлять волю, агрессию, энергию, быть деятельными, стремиться к власти и чести.^[34] Все эти качества обнаруживаются и раскрываются в полной мере в их борьбе с хаотическим началом, и в силу этого можно констатировать, что в них заявляют о себе героические стремления, хорошо знакомые нам по гомеровской «Илиаде». Это позволяет усмотреть некоторую связь кшатриев с греческими царями-героями. К такой аналогии располагает замечание Буркхардта о том, что для кшатриев чатуранга была, конечно, симуляцией битвы, но и одновременно путем познания Мудрости (космического) Духа.^[35] Цель этого познания была в том, чтобы выйти из положения раба судьбы (вспомним про игральные кости, которые являлись элементом правил игры), игравшей не последнюю роль в чатуранге. В отличие от современных шахмат, число ходов, которые мог сделать игрок той или иной фигурой, определялось в соответствии с результатом бросания игральных костей.^[36] Тем не менее, несмотря на это символическое присутствие судьбы, игрок в чатурангу сам принимал решение о том, какой фигурой ходить, в какую сторону, на сколько клеток и т.д. Другими словами, он все же существовал, бытийствовал, и судьба своей предзаданностью его полностью не перечёркивала, — по крайней мере, пока он играет.

В заключение отметим, что в результате выигрыша, достигнутого как благодаря проявленным воле, агрессии, стремлению к деятельности, так и божественному познанию тактики и стратегии игры, кшатрии выходят к выражающей максимальную космизацию свободе. Свобода в данном случае понимается как победа знания над слепой и хаотической судьбой, как идеальное, сакральное состояние и понимание устройства мира, необходимого для того, чтобы этим миром править. Без знания того, как мир устроен на космическом уровне, кшатрии не могут эффективно противостоять хаосу, что означает, в конечном счёте, крушение всего мира и возврат к первоначальной бессистемности сущего.

Журнал «Начало» №18, 2008 г

^[1] Сайт свободной энциклопедии Википедия о шахматах: http://fr.wikipedia.org/wiki/Teu_d%27%C3%A9checs

^[2] Сайт свободной энциклопедии Википедия о шахматах: https://en.wikipedia.org/wiki/ Origin_of_chess

^[3] http://fr.wikipedia.org/wiki/Teu_d%27%C3%A9checs.

^[4] Там же.

^[5] http://en.wikipedia.org/wiki/Origins_of_chess.

^[6] http://ru.wikipedia.org/wiki/Чатvранга.

^[7] http: //bse.sci-lib.com/article121606.html

^[8] http: //ru.wikipedia.org/wiki/Чатуранга.

^[9] http://en.wikipedia.org/wiki/Origins_of_chess.

^[10] http://pagesperso-orange.fr/voda.guillaume/Culture/Quatre.htm#inde.

^[11] http://en.wikipedia.org/wiki/Kshatriya.

^[12] http://pagesperso-orange.fr/alexelabas/casc.html.

^[13] Nadia J. Grand dictionnnaire des symboles et des mythes, Alleurs (Belgique), Marabout, 1997. С. 105.

^[14] Мифы народов мира. Энциклопедия: в 2-х т. / Гл. ред. С.А. Токарев. М.: НИ «Большая Российская энциклопедия», 1998. Т. 2. С. 630.

^[15] Мифы народов мира. Энциклопедия: в 2-х т. / Гл. ред. С.А. Токарев. М.: НИ «Большая Российская энциклопедия», 1998. Т. 2. Там же.

^[16] Nadia J. Grand dictionnnaire des symboles et des mythes, Alleurs (Belgique), Marabout, 1997. С. 307.

^[17] Там же. С. 309.

^[18] Там же. С. 66.

^[19] Там же.

^[20] Там же.

^[21] Там же. С. 176.

^[22] Там же.

^[23] Там же. С. 177.

^[24] http: //www.goddesschess.com/chessays/gnosticricardo.html.

^[25] http: //www.goddesschess.com/chessays /chesssymbolismburkhardt.html.

^[26] Там же.

^[27] Там же.

^[28] http: //www.goddesschess.com/chessays/gnosticricardo.html.

^[29] П.А. Сапронов. Власть как метафизическая и историческая реальность. СПб., «Церковь и культура», 2001. С. 29.

^[30] http://en.wikipedia.org/wiki/Kshatriya.

^[31] http://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%92%D0%B0%D1%80%D0%BD%D1%8B.

^[32] http://en.wikipedia.org/wiki/Kshatriya.

^[33] Там же.

^[34] Там же.

^[35] http: //www.goddesschess.com/chessays/chesssymbolismburkhardt.html.

^[36] http: //bse.sci-lib.com/article121606.html.

Источники:

I. Литература:

1. Мифы народов мира. Энциклопедия: в 2-х т. / Гл. ред. С.А. Токарев. М.: НИ «Большая Российская энциклопедия», 1998. Т. 2. 720 с.
2. Nadia J. Grand dictionnnaire des symboles et des mythes, Alleurs (Belgique), Marabout, 1997.
3. П. А. Сапронов. Власть как метафизическая и историческая реальность. СПб.: «Церковь и культура», 2001. 816 с.

II. Интернет сайты по истории шахмат:

1. Сайт свободной энциклопедии Википедия о шахматах: http://fr.wikipedia.org/wiki/Teu_d%27%C3%A9checs — на фр. языке (на 24.03.08).
2. Сайт свободной энциклопедии Википедия о шахматах:
3. http: //en.wikipedia.org/wiki/Origins_of_chess — на англ. языке (на 24.03.08).
4. Сайт свободной энциклопедии Википедия о чатуранге:
5. http: //ru.wikipedia.org/wiki/Чатvранга — на русском языке (на 22.07.08).
6. Сайт свободной энциклопедии Википедия о варне Кшатриев:
7. http: //en.wikipedia.org/wiki/Kshatriva — на англ. языке (на 24.03.08).
8. Сайт о мифологическом значении чисел: http://pagesperso-orange.fr/voda.guillaume/Culture/Quatre.htm#inde — на фр. языке (на 24.03.08).
9. Сайт о варнах и кастах Древней Индии:
10. http: //pagesperso-orange.fr/alexelabas /casc.html — на фр. языке (на 24.03.08).
11. Сайт свободной энциклопедии Википедия о понятии космоса http: //fr.wikipedia.org/wiki/Cosmos — на фр. языке (на 24.03.08).
12. Сайт свободной энциклопедии Википедия о мифологическом понятии хаоса: http: //fr.wikipedia.org/wiki/Chaos_%28mvthologie%29 — на фр. языке (на на 24.03.08).
13. Сайт о мифологической символике чатуранги в индуизме (на англ. яз). http://www.goddesschess.com/chessavs/chesssvmbolismburkhardt.html (на 03.06.08).
14. Сайт о связи чатуранги и космологии (на англ. яз).
15. http://www.goddesschess.com/chessquest/cosmologicalorigins.html (на 03.06.08).
16. Сайт о восприятии шахмат в мифологической перспективе (на англ. яз.) http://www.goddesschess.com/chessavs/gnosticricardo.html (на 03.06.08).
17. Сайт о древнеиндийских варнах (на русском языке):
18. http://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%92%D0%B0%D1%80%D0%BD%D1%8B (на 03.06.08).
19. Большая Советская Энциклопедия о чатуранге (на рус. яз.): http://bse.sci-lib.com/article121606.html (на 21.07.08).