Спасение творения. Тридцать шесть праведников
В статье рассматривается древнее еврейское предание о ламедвавниках – тридцати шести праведниках, благодаря которым сохраняется существование мира. Прослеживается происхождение этого образа в библейской и талмудической традиции, а также его отражение в литературе XX века как символа нравственной ответственности человека за судьбу творения.
Благословляю вас, леса,
Долины, нивы, горы, воды,
Благословляю я свободу
И голубые небеса!
И посох мой благословляю
И эту бедную суму,
И степь от краю и до краю,
И солнца свет, и ночи тьму,
И одинокую тропинку,
По коей я иду,
И в поле каждую былинку,
И в небе каждую звезду!
О, если б мог всю жизнь смешать я,
Всю душу вместе с вами слить,
О, если б мог в свои объятья
Я вас, враги, друзья и братья,
И всю природу заключить!
А. К. Толстой
Первые главы книги Бытия раскрывают нам тайну появления нашего мира. В процессе созидания Сам Господь видел, что творение прекрасно, и потому повторялись божественные слова: «И увидел Бог, что это хорошо». И настолько чудесен и гармоничен был созданный мир, что даже и после грехопадения восхищение перед его красотой не покидало человека на протяжении всего его жизненного пути. В Священном Писании можно найти отголоски этого восхищения и благодарности Богу за Его создания, но достаточно привести один только 103-й псалом, этот мощный гимн Творцу и всему Его творению. (Здесь приведена нумерация по Синодальному переводу.) Это восхищение перед природой было свойственно всей языческой цивилизации… И обещание Бога, что по Его воле мир никогда не будет уничтожен, мы находим в событиях, произошедших после окончания потопа, Быт. 8:20-22, 9:11-13.
Быт. 8:20-22.
20 И устроил Ной жертвенник Господу; и взял из всякого скота чистого и из всех птиц чистых и принес во всесожжение на жертвеннике.
21 И обонял Господь приятное благоухание, и сказал Господь [Бог] в сердце Своем: не буду больше проклинать землю за человека, потому что помышление сердца человеческого – зло от юности его; и не буду больше поражать всего живущего, как Я сделал:
22 впредь во все дни земли сеяние и жатва, холод и зной, лето и зима, день и ночь не прекратятся.
Быт. 9:11-13.
11 поставляю завет Мой с вами, что не будет более истреблена всякая плоть водами потопа, и не будет уже потопа на опустошение земли.
12 И сказал [Господь] Бог: вот знамение завета, который Я поставляю между Мною и между вами и между всякою душею живою, которая с вами, в роды навсегда:
13 Я полагаю радугу Мою в облаке, чтоб она была знамением [вечного] завета между Мною и между землею.
Однако, чем сильнее человек совершенствовал свои орудия труда и орудия войны, тем серьезнее возникала угроза уничтожения всего творения. И чтобы люди своими необдуманными действиями не погубили ни себя, ни весь мир, и чтобы часы Судного дня не пробили последние секунды нашего существования, Всевышний таинственным способом защищает все мироздание. Человек рассказывал об этой защите, в частности, во многих народных историях, передаваемых из поколения в поколение… Одним из таких преданий является древняя легенда о ламедвавниках – тридцати шести праведниках, которые своей праведностью спасают мир. Ответ на вопрос, кто такие ламедвавники и откуда возникло это название, кроется в трактовке стиха Ис. 30:18, точнее, в гематрии последних слов.
Ис. 30:18. И потому Господь медлит, чтобы помиловать вас, и потому еще удерживается, чтобы сжалиться над вами; ибо Господь есть Бог правды: блаженны все уповающие на Него!
Особое внимание было уделено заключительной фразе: «…блаженны все уповающие на Него». Окончание данной истины грамматически есть предлог «на» с местоимением «Он» в родительном падеже. На иврите данная конструкция имеет свои особенности, а именно:
— предлог с местоимением пишется слитно,
— вместо местоимения используется его краткая форма, называемая «местоименный суффикс».
Таким образом, окончание стиха «на Него», на иврите пишется так: לוֹ, читаемое как «ЛО». (В некоторых редакциях присутствует наименование «ламедвовники».) Гематрия (числовое значение) этих букв: ל (30)+ו (6)=36. Название букв на иврите звучит так: ל – ламед, ו – вав. Ламедвав, а термин, относящийся к 36 людям – ламедвавники. Эти люди – праведники, на иврите צַדִּיקִים – цаддиким. О тридцати шести праведниках очень подробно и интересно сказано в известной Еврейской энциклопедии издательства Брокгауз – Ефрон, С.-Петербург, 1908-1913 гг.: «ЛА́МЕД-ВАВ ЦАДДИКИ́М (ל»ו צַדִּיקִים, `тридцать шесть праведников`), согласно еврейской традиции – минимальное число живущих одновременно и неведомых людям праведников, которым мир в любой момент обязан своим существованием…»[1]. И далее: «Представление о ламед-вав цаддиким впервые встречается в Талмуде (Санх. 97б; Сук. 45б), как мнение вавилонского аморы Аббайе, усматривавшего намек на это в числовом значении букв (см. Гематрия) последнего слова в изречении Исайи: `… блаженны все, уповающие на Него` (30:18; `него` – на иврите לו соответствует числу 36) и подчеркивавшего, что ламед-вав цаддиким удостаиваются постоянного чувства близости к Шхине» [2].
Трактат «Санхедрин» («Синедрион») входит в четвертый раздел Талмуда – Незикин («Ущербы»), и приводимая ссылка на Санх. 97б содержит следующие слова: «Абайе сказал: В мире должно быть не менее тридцати шести праведников в каждом поколении, которые удостоены [лицезрения] лика Шхины, ибо написано: Блаженны все, кто ожидает Его … числовое значение «ло» равно тридцати шести»[3].
Число 36 оспаривалось, приводилось число 30, согласно знаменитым стихам Быт. 18:30, но не оспаривалась истина – именно сакральное число праведников своей праведностью сохраняет творение от уничтожения.
Далее в энциклопедии дается более подробная информация о личности ламедвавника: «Легенды о ламед-вав цаддиким занимали видное место в фольклоре восточноевропейского еврейства. Широко бытовавшие в народе рассказы об их деяниях рисуют скрытого праведника (на идиш – ламед-вовник) как человека, по внешнему облику и образу жизни ничем не отличающегося от еврея-простолюдина: ремесленника, водоноса, дровосека и т. д. Величие его не в учености, а в благих деяниях, в помощи обездоленным. Окружающие не подозревают о его святости, свои благодеяния он творит тайно, и лишь в момент грозящей евреям опасности проявляет скрытые в нем силы, а затем таинственно исчезает. Со смертью одного из ламед-вав цаддиким роль скрытого праведника переходит к другому достойному лицу»[4].
Выбор нового ламедвавника при уходе из мира одного из тридцати шести праведников осуществляется таинственным способом. Об этом говорит, например, Великий мидраш «Берешит Рабба» (т. 2, 58:2):
«И восходит солнце, и заходит солнце… (Когелет[5], 1:5). Сказал рабби Аба: — А разве и так неизвестно, что восходит солнце и заходит солнце? Но Святой, благословен Он, не [позволит] закатиться солнцу праведника, пока не [повелит] взойти солнцу другого праведника!»[6]
В книге «Легенды и мифы еврейского народа» почти дословно говорится о преемственности пророков, которые также представлены как ламедвавники: «Светильник Божий еще не погас, и Самуил лежал в храме Господнем, где ковчег Божий. И воззвал Господь к Самуилу. Пока еще не зашло солнце Илии, взошло солнце Самуила. «Восходит солнце — и заходит солнце» – говорит Екклезиаст. Прежде чем закатиться солнцу одного праведника, Господь зажигает солнце другого праведника»[7] .
И было бы ошибкой полагать, что легенды о ламедвавниках остались в прошлом. В современных (!) литературных источниках, иногда прямо, иногда скрытно, звучит тема о праведниках, спасающих мир, либо, как намек, о сакральном числе 36. Например, в книге о хасидах, Иржи Лангера «Девять врат» о подношении богатого человека очень бедному хасиду сказано так: «Не забыл он, конечно, и о тридцати шести свечах… Тридцать шесть – столько раз слово «свет» повторяется в Пятикнижье Моисеевом, и тридцать шесть – число праведников, которые живут в каждом поколении. К тому же тридцать шесть – число свечей, которые используют в далеком Тибете»[8].
Одной из сильнейших современных книг о ламедвавниках является роман французского писателя еврейского происхождения Андрэ Шварц-Барта «Последний из праведников», который в 1959 году был удостоен Гонкуровской премии. В годы Второй мировой войны будущий писатель вступил в ряды французского Сопротивления, был пойман, арестован, но сумел сбежать. В основу сюжета романа положено древнее еврейское предание:
«Чтобы понять, как это произошло, нужно познакомиться с древней еврейской легендой о Ламедвавниках, которую некоторые ученые талмудисты относят к началу еврейского летоисчисления, к покрытым тайной временам пророка Исайи. С тех пор утекли реки крови, и столбы дыма унеслись к небесам. Но через бездны и пропасти легенда дошла до наших дней. Согласно этой легенде, мир зиждется на тридцати шести Праведниках-Ламедвавниках. Ничто не отличает их от простых смертных. Им часто и самим неведомо, что они Праведники. Но не будь хотя бы одного из них в каждом поколении, горе людское убило бы даже души младенцев и люди захлебнулись бы в вопле отчаяния. Ибо Ламедвавники – сердце человечества, и в них, как в огромное хранилище, стекаются наши страдания»[9].
В романе приводится доказательство, что в каждом поколении из одной избранной еврейской семьи, начиная с XII века, появляется праведник – ламедвавник. Трагическая судьба каждого из них раскрыта на страницах романа. В конце романа, зло, воплощенное в фашисте-эсэсовце, направляет последнего праведника в газовую камеру лагеря смерти…
Если точно следовать логике древней легенды, то убийство последнего праведника и нарушение гармонии числа 36 должно было бы уничтожить все творение. Однако мир выстоял, что говорит о том, что где-то родился новый праведник, и его появление сохранило мир. Удивительно, что внимание к древней легенде не исчезло и в наше время. Но теперь мистическое число 36 не ограничено только одной нацией или одной страной. Праведник может жить в любой части света и быть представителем любой профессии.
Например, он может быть часовых дел мастером, контролирующим время, как на картине Бориса Дуброва.
Он может быть представителем одной из самых гуманных профессий – учителем, как на картине Н.П. Богданова-Бельского.
Наконец, он может быть простым человеком, который своим трудом (иногда очень тяжелым), растит урожай, печет хлеб и спасает людей от голодной смерти.
И, в доказательство того, что идея о праведниках-ламедвавниках постоянно будит воображение, можно привести некоторые высказывания гениального аргентинского писателя Хорхе Луиса Борхеса. В «Книге вымышленных существ», созданной совместно с Маргаритой Герреро, о них сказано следующее: «Есть на Земле – и всегда были – тридцать шесть праведников, назначение коих – оправдывать мир перед Богом. Это ламедвовники. Они друг о друге не знают, и все очень бедны. Стоит человеку вдруг узнать, что он ламедвовник, он тут же умирает, и его место занимает другой, хотя бы и на другом конце земли. Сами о том не ведая, они тайные столпы, поддерживающие наш мир. Не будь их заступничества, Бог уничтожил бы род человеческий. Они наши спасители и сами того не знают»[10].
Борхес поместил ламедвавников в раздел вымышленных существ, согласно названию книги. И, казалось бы, великий аргентинский философ вроде бы отрицает их существование, однако же он признает, что весь мир, все творение спасают истинные праведники. И именно о них создал Борхес прекрасное стихотворение «Праведники»[11], в котором каждая строка содержит неразгаданную тайну…
Праведники
Тот, кто возделывает свой сад, как завещал Вольтер.
Кто благодарит эту землю за музыку.
Кто счастлив, найдя этимологическое сродство.
Двое служащих в южном кафе
за молчаливыми шахматами.
Гончар, заранее взвесивший цвет и форму.
Наборщик, бьющийся с этой неблагодарной страницей.
Пара, читающая заключительные терцины
одной из песен.
Тот, кто гладит спящую кошку.
Кто искупает или пытается искупить причиненное зло.
Кто благодарит эту землю за Стивенсона.
Кто предпочтет правоту другого.
Вот кто, каждый – поодиночке, спасает мир.
Хорхе Луис Борхес
[1] Еврейская энциклопедия: Свод знаний о еврействе и его культуре в прошлом и настоящем. Т. 10. Санкт-Петербург: Изд-во Брокгауз—Ефрон, 1909. С. 9–10.
[2] Там же. Шхина — постоянное присутствие Бога в нашем мире.
[3] Вавилонский Талмуд. Раздел Незикин («Ущербы»), трактат Санхедрин («Синедрион»), лист 97б.
[4] Еврейская энциклопедия. С.10.
[5] Книга Екклезиаста или Проповедника.
[6] Мидраш Рабба. Берешит Рабба. Т. 2. Москва: Книжники; Лехаим, 2014. С. 80–81.
[7] Легенды и мифы еврейского народа. Санкт-Петербург: СЗКЭО, 2023. С. 284.
[8] Лангер И. Девять врат. Москва: Текст; Книжники, 2011. С. 290.
[9] Шварц-Барт А. Последний из праведников. Иерусалим: Библиотека-Алия, 1978. С. 4–5.
[10] Борхес Х. Л. Книга вымышленных существ / Х. Л. Борхес, М. Герреро. Москва: Республика, 1994. С. 45.
[11] Борхес Х. Л. Сочинения: в 3 т. Т. 3. Рига: Полярис, 1994. С. 247.